?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Продолжение. Читать с самого начала...

СНЫ НАВИ

ХЭККЭ
ХЙЭ – огонь, невидимая Сила, дымка, Дух. эК – надёжная защита, сопротивление, уверенная защищенность. КЭ – спасение, убежище, помощь.

С каждым днем ко мне приходит все больше писем от разных людей. Это невероятно трогательно и радостно. Люди делятся своим сокровенным, просят советов, благодарят за Тропу, которая стала для многих неким маяком и ориентиром по жизни. Но есть отдельные письма, в которых удивительные люди пишут о том, что очень сильно подходит под выражение «мы с тобой одной крови». Тропа стала для них своеобразным центром притяжения, показавшей, что они не одни, что таких как они — много на нашей земле. Эти письма написаны словно бы неким кодом, который сразу распознают люди единой Сущности...


Одно из таких писем прислал Дмитрий:


«В каждом человеке всегда есть нечто, что называют талантом или даром. Иногда этих талантов не один, а несколько, иногда это не талант, а способность или то, что называется ёмким словом «предрасположенность». Это есть у всех без исключения, будь то в силу определённым образом выстроенных генов, или наработанной кармы, судьбы или памяти прошлых жизней. И опять же, в силу разных, порой случайных причин, а порой в силу действий непреодолимой силы, эта предрасположенность затирается.

Да, да! Эти «случайности» бывают как огрехи при шитье полотна, и так же бывают вмешательства целенаправленные и охватывающие очень широкие пласты судеб. Но стереть эту память, эту зовущую тоску по чему-то более светлому, правильному до конца невозможно, можно лишь задержать нас на этом пути.

Буддисты говорят: «следуя по пути, не очаруйся цветками лотоса при дороге». Любуясь чем-то прекрасным, или интересным, или ужасающим, или новым, можно надолго остаться на маленьком отрезке своего жизненного пути. И не продвинуться при этом ни на гран...

И вот, когда человек вновь готов идти за своим Духом, у него уже не остаётся сил продолжить намеченный Путь, а смерть, похожая на освобождение, между тем, совсем близко. Возможно поэтому многие так уверены в том, что ад здесь, на этой уникальной Земле, а в других мирах и планетах всё иначе. Но другая, оборотная сторона этой медали — светлая, и она заключается в том, что мир готов очень щедро наградить того, кто сможет пройти этот барьер, это фильтр обыкновенной жизни.

Именно к таким людям, кто не забыл своих чувств и где-то в глубине своей бессмертной души всегда стремится к чему-то светлому, я всегда относился и отношусь с превеликим почтением и уважением. Рассказываю о многом, ободряю примером, тренирую и обучаю тому, что лежит за пределами обычных возможностей. Именно для них я придумывал способы учёбы, подбирал определённые слова для того, чтобы ободрить, вдохновить всех тех, кто был и кто есть сейчас рядом со мной. Такова моя предрасположенность, подаренная звёздами по времени моего рождения.

Сейчас работаю над темой прошлых жизней, прошлом опыте, который можно перенести в эту жизнь, о поиске предрасположенностей. Ты и Кадыкчанский часто подходите очень близко к этой теме, даёте подсказки в какой стороне искать...

К этому моменту у меня есть некоторые записи по физическому здоровью, некоторые отработанные практики по "играм пяти зверей", тайчи. Но в большинстве своем это боевые практики и методики, которые совершенно не подходят для большинства людей. Уверен, существует еще множество мирных способов "активации человека", да вот незадача - совершенно не знаю, что мы несём в своих генах, чью кровь, чьи программы? Как это понять, где найти ответы на эти вопросы? А может я вообще не в той области ищу ответы, и всё сводится к перепрограммированию согласно своей собственной свободной воли?»

Да, Дим, эти «мирные способы» действительно существуют и со многими из них я знакомлю во время своих поездок людей в разных городах. И люди просыпаются, начинают осознавать данные им от рождения те самые Дары, о которых ты пишешь совершенно правильно. И к этим практикам мы постепенно подойдем в этой книге и внимательно разберём их...

А пока окунёмся в иные мiры, которые нам каждую ночь транслирует наша бессмертная Сущность, раз за разом показывая, что мы не одни в многовариантности сотворённых нами Вселенных, дающая подсказки и направления по Тропе, носящей название Жизнь...

Сны приходили неожиданно, иногда раскрывая тайны, а иногда загадывая загадки. Не всё, что я видел, мне нравилось, случались и мрачные эпизоды, в которых страх и отчаяние забирались глубоко внутрь, выключая разум и тело...

За многие годы снов я так и не научился отличать сны этой земли и пространства от снов земли немного другой, отличающейся от этой реальности. Это всегда создавало определённые неудобства, когда сны оставались где то там, за спиной, а сознание возвращалось в тело.

Проснувшись, очень сильно удивляешься что в реальности нет многих объектов, из числа тех, что ты успел так хорошо изучить где-то там, в очень похожем мiре. Или испытываешь испуг от того, что считаешь ушедших за край этой жизни еще живыми и здравствующими - ведь буквально только что ты общался с ними во сне. А уж сюрпризы с памятью вообще достойны отдельного разговора.

Сейчас остались лишь отрывки картин, образов, чувств, эмоций, переживаний пролетевших где-то там и забывшихся с наступлением утра. Но что-то осталось. И вот из этого “что-то” складывалась картинка на современный лад, с современной моралью, принципами жизни и да-да, современными физическими законами.

Сон первый. Одна из первых встреч с “рептилоидами”. На тот момент я даже не знал такого термина, для меня они были обычными существами, выглядевшими чуть странно, немного устрашающе, но ни в коей мере не мистичными. Так случилось, что меня пригласили на встречу с одной милой дамой, которая была, по рассказам моего протеже, весьма влиятельной, и обладающей возможностями устроить мою жизнь чуть получше. Замечу, что в реальности это были 2000-е, когда попытки наладить собственный быт проникали даже во сны.

Длинный подвальный коридор, по которому меня провожали в её апартаменты. Бетонная старая пыль в приглушенном свете потолочных ламп намекала на то, что место встречи было просто наспех оборудовано и уж никак не походило на рабочий офис. Вскоре слева показались искусно украшенные резьбой и позолотой двери. Они контрастно подчеркивали богатство и роскошь персоны, которую я должен был встретить за ними. Сопровождающий остановился и жестом пригласил последовать в загадочный мир...

Комната действительно поражала своим подчеркнуто сдержанным великолепием. Пол из массивного тёмного полированного дерева тускло отражал роспись стен. Я пригляделся к рисунку на стенах и через мгновение понял, что рисунок на черном фоне был сделан тонким золотом. На стенах от самого пола золотая трава переходила в золотые кусты и деревья, чьи листья и стебли живописным рисунком переплетались между собой и, редея, уходили под потолок. Высокие спинки стульев как лепестки цветка окружали полированный стол, за которым спиной ко мне сидела девушка.

Как только за мной закрыли двери, она развернулась и непринужденно завела со мной разговор. Разговор, как и подобало обстановке, начался издалека. Она подбирала слова настолько аккуратно, что все её доводы были исключительно убедительными, и моё сознание стало уступать потоку её речи. Видимо заметив это, она сменила направление разговора на более непринужденное и, легко улыбаясь ,слегка наклонилась над столом. Её тело было прекрасно, платье, как резной фужер, охватывало её бюст, но не стесняло его движений.

Слова лились и лились мягким потоком, я уже потерял нить разговора, моё зачарованное внимание было сосредоточено на её рыжих кудрях, мраморной коже и изумительных глазах, которые всё больше и больше притягивали к себе. Не помня себя, околдованный пьянящим туманом её голоса, я продолжал любоваться её очами. В какой-то миг вдруг уловил странное изменение глаз моей собеседницы, холодок побежал по моей спине, а чуть позже молния догадки пронзила моё сознание - я смотрю в глаза змее!

Этого электрического разряда хватило на то, чтобы рывком выхватить мой разум из липких грёз её гипноза и рывком подняться на ноги. В то же мгновение я видел напротив себя уже не красивую, чарующую женщину, а ящероподобную клиновидную голову, в хищном оскале начинающую свой смертельный бросок ко мне. Это змееподобное существо уже практически перелетело разделяющий нас стол, и если бы я не успел встать, то её зубы вонзились бы в мою шею. Но тут сработали рефлексы... Моё тело чуть развернулось, руки мягко обхватили голову этого существа, очень удобно оказавшуюся около моего торса, и сделали резкий поворот-рывок, удлиняя и максимальное скручивая её шейные позвонки. Короткий хруст, и её еще теплое тело обмякло и навалилось на меня.

Осторожно и почти нежно я сдвинул её тело на пол, придержав массивную голову. Я не почувствовал ни дыхания ни стука её сердца, только мягую тяжесть. Я поднялся и огляделся. Затем неспешно опустил еще теплое тело на пол.

Подошел к двери, прислушался к тишине и еще раз обернулся на существо в красивом платье. Очень медленно оно опять стало приобретать бывшие черты очаровательной девушки. Аккуратно прикрыв дверь, спокойным шагом я направился к выходу из этого ужаса...

Уже значительно позже я прочёл об аннунаках, о рептилоидах, о нагах и эта информация органично вплелась в то, что моя Сущность показала мне посредством сна. Но были сны, которые показывали альтернативную и порой даже фантастическую реальность, которая с одной стороны мало чем походила на наш матричный мiр, но с другой — была каким то странным, зеркальным отображением оного...

Сон второй. Передо мной была длинная пустая дорога, насыпью приподнятая над выровненной землей, на которой не было ни одной травинки и не наблюдалось ни одного живого существа. Дорога прямой стрелой уходила вдаль, где упиралась в небольшое голубовато-серое бетонное здание.

Высадившись с небольшого воздушного катера, я остался один в этом огромном пространстве. Я стоял и смотрел себе под ноги, пытаясь занять свой разум мыслями об истёртой пыли на этой одинокой дороге. Небольшое солнце в высоком прозрачном небе не обжигало и не грело, не было ветра и звуков. Я стоял и думал о колесах машин и лентах гусениц транспортёров, которые когда-то перемалывали это полотно, двигаясь к тому низкому зданию. Думал о тысячах рейсов, которые они совершили, выезжая из трюмов катеров и звездолётов. Думал о том что тут никогда не идет дождь. Я думал и ждал когда мне хватит духу поднять глаза и пройти этот небольшой путь. Путь, ставший последней дорогой для множества сотен тысяч людей. Людей, чьи иссохшие тела на небольшом отдалении от этой дороги невысокими холмами заполняли всё окружающее пространство.

Это место так и оставили нетронутым, превратив в мемориал звёздной системы. Эта фабрика смерти была напоминанием того осмысленного ужаса, который могут творить одни живые и разумные существа над другими.

Шаг за шагом я преодолевал этот километр пути. Мои мысли застыли, в чувства по капле проникал ужас развернувшихся здесь событий. Липкая тяжесть страха и отчаяния охватывала меня со всех сторон. Вот показалась колючая проволока, огораживающая здание, ворота были небрежно распахнуты. Я шагнул за колючку и страх слегка отпустил меня. Чистое, свободное пространство от стен здания до колючки давало обманчивую надежду слегка освободить напряженные чувства. Но это еще больше угнетало разум, который понимал, что это всего лишь краткий миг передышки перед еще большим ужасом, который находится за толстым железом входной двери. Мой путь, моя сегодняшняя цель вела меня за эту дверь.

Подвалы, этажи, лестничные пролёты, узкие трапы, соединительные мостки - я прошёл их все. Всё свободное место там было заполнено клетками разных размеров, обнесено железными прутьями или просто увешано цепями. Всё было сделано так, чтобы не было даже намека на укрытие. Чтобы даже отвернувшись, даже закрыв глаза, ты продолжал ощущать ужас, проникающий в плоть запертых и прикованных через их слух, осязание, через все обнаженные чувства. Чтобы они ни на секунду не могли потерять связь с тысячами типов механических станков для медленного убийства, равно как и связь с теми, кто умирал в этой адовой мельнице.

Я заходил в эти клети, заглядывал в эти станки и ощущал, нет, я видел и буквально осязал тот животный страх еще живых, но обречённых. Дышал и впитывал разрушающую неизвестность ожидания смерти, отчаянье надежды тех, кто прожил на один день больше, смотрел на остатки их рассудка и их мыслей. И я учился.

Я учился противостоять тому, что я испытывал, я учился собирать своё сознание в одну точку, отрешаться и пропускать страх сквозь себя, не откликаясь на его волны. Убирал съедающие сознание образы, которые испускала каждая деталь этой фабрики. Ужас, боль, присутствие смерти и лучи чужой разрушающей, бессердечной воли я учился сдерживать в плотной Хрустальной Сфере своей собственной воли. Мне хотелось уйти, скорее убежать, но, не испив эту чашу знания, я не мог завершить урок.

Когда я вышел за двери этого здания, меня уже не пугали останки окружающих тел. Я разделил вместе с погибшими часть их судьбы, их чувства, их страдания. Теперь меня окружала только печаль...

Для очень многих людей в нашем слое реальности сны — всего лишь плод бессознательного блуждания ума, рефлексия дневных переживаний, событий и страстей. Они, такие люди, отгораживаются даже от мысли о том, что сны это нечто большее, содержательное, а порой и весьма поучительное. Вот одна из таких поучительных историй о страстях...

Сон третий. Для меня всегда составляло загадку моя увлечённость женщинами, что не прошло с годами и оформилось в более точное содержательное притяжение. Но тогда, еще в годы учёбы в институте, пытаясь разделять страсть, увлеченность, любовь, похоть и другие переживания в этом бурлящем чувственном потоке эмоций, я терялся и совершал частые ошибки. И вот в одну ночь меня пригласили в гости.

- Заходи, будь моим гостем, - моя очаровательная знакомая, лет 27, с улыбкой распахнула передо мной полог ткани, украшавшей входную дверь, приглашая зайти внутрь дома. На улице уже зажглись яркие звезды, теплая прохлада расслабляла и ночь словно обещала раскрыть одну из своих тайн. Рука моей спутницы, уверенно потянула меня внутрь красивого дома. Признаться, меня это несколько пугало, потому что отцом моей спутницы был очень влиятельный арабский шах, которого лишний раз беспокоить мне совершенно не хотелось.

- Ты не боишься быть одна в таком просторном доме? (Ах, эти её глаза, карие, с искорками от высоко расставленных по стенам ламп, мягко освещающих стены, задрапированные расписанным шёлком).

Не выпуская моей руки, она взглянула вне в глаза с еще более доброй улыбкой, и чуть ускорив шаг, завела меня за первый поворот.

- Смотри, даже здесь я всегда под охраной, мне нечего боятся - она чуть приподняла ниспадающую ткань и я увидел что в стене была ниша. И в этой нише виднелись носки окованной металлической кольчугой обуви. Охранник слегка переступил с ноги на ногу, чтобы дать мне понять, что он всё слышит, всё видит и готов к любому действию.

- Ну вот как можно так жить, практически не оставаясь наедине с самой собой? А если ты приведёшь к себе мужчину? Ты же не сможешь остаться с ним наедине! - Последний вопрос я произнёс вслух, на что получил очень интересный ответ.

- Охрана это не единственная моя защита, весь дом, мои покои - всё сделано так, чтобы я всегда смогла остановить любое нападение или агрессивное действие. - Девушка выскользнула из моей руки и подбежала к одной из высоких ламп. - Посмотри, ты ничего не замечаешь? - Она игриво изогнула свой стан, изящно оперевшись руками о железный держатель масляной лампы. Лампа была обыкновенной, может быть с чуть широкой чашкой для масла, но именно эта ширина и позволяла сделать освещение более мягким, более успокаивающим и интимным. И вот этот последний момент меня опять стал немного напрягать. Хоть я и пришёл по приглашению, хоть она была мне официально представлена, и её отец был не против нашего с ней общения, меня пугала её изощренная опытность в отношениях с мужчинами. Я знал, что она творила с мужчинами всё, что хотела. Её сегодняшний весьма лёгкий, распахивающийся при любом шаге, наряд, я уверен, был подобран специально для меня. Но я уже зашел в эту мягкую ловушку и значит мне остаётся только одно - оставаться мужчиной. Эта мысль мне понравилась и успокоила меня. Я приблизился к лампе, чуть приподнялся на цыпочках чтобы заглянуть внутрь и увидел порошок, насыпанный по самому краю медного обода.

- Когда я понимаю, что общение не складывается как мне хотелось, я делаю так. - Она чуть сдвинула к центру смесь. - Если подвинуть порошок еще чуть поближе, то от тепла нагретой лампы он станет испарять опьяняющий аромат. - Её изящные раскрашенные тонким рисунком пальцы подвинули этот порошок к самому краю масла и я увидел как взвилась тонкая струйка дыма. - Не бойся, у нас еще много времени. До моей комнаты он долетит не скоро. - Её красивые губы приблизились ко моему лицу и прошептали эти слова. Она вовсю забавлялась со мной.

- Идём. - И мы миновали еще один поворот этого дома-лабиринта, в котором с непривычки можно было легко запутаться. Она шла справа от меня и её левая обнажившаяся рука мягко касалась моего локтя, а её пальцы, нежно, в такт шагам, как бы случайно ласкали мою ладонь. От напора череды мелких, выбивающих из колеи событий, от её прикосновений, мягкого голоса и неизменно доброй, обезоруживающей улыбки у меня уже кружилась голова.

- Ты меня убиваешь. - Я попытался своей размеренной интонацией голоса передать своё восхищение, уважение и тот осознанный факт, что я полностью в её власти и выйти целым и невредимым могу только с её милости.

- Нет, милый, я хочу тебе раскрыть некоторые из женских чар. Ты же очень хотел это узнать. - Она опять чуть шире улыбнулась мне своей ласковой улыбкой и её взгляд стал проникать в мою душу, наполняя её давно забытым чувством преданной любви. И без того одурманенный, я почуствовал как её ладонь мягко обхватило мою руку чуть выше локтя. Это было уже чересчур: я всё понимал, всё видел, твёрдо шагал, но был словно кукла, направляемая рукой опытного кукловода.

- Мы пришли, приляг. - Она ласково помогла мне опуститься на толстый ковер, устланный подушками. Комната была просторной, стены задрапированы волнами выступающей ткани, сквозь которую пробивался свет расставленных светильников. Невысокий удобный дастархан бы уставлен блюдами с виноградом и фруктами, ни одного бокала или кувшина я не увидел. - Расскажи мне, что ты успел заметить, - полуоблокотившись на расшитые подушки напортив меня, откинув на плечи свои длинные волосы, она задала свой вопрос.

- Я ощущаю покой, умиротворение, но я уверен что и в этом зале есть ниши с расставленной стражей. - Это была догадка, чтобы хоть как-то взбодрить себя, придать себе трезвости и чувство опасности.

- Тут нет ниш, это простая комната - она слегка рассмеялась, - но ты прав, стража стоит за занавесками, в тени ты их не видишь. А что ты понял про воздействие женщин на мужчин пока мы шли? - продолжила моё обучение девушка.

И я стал рассказывать всё что успел заметить. Про ковры, которые скрадывают шум шагов приближающейся стражи, про твёрдые стены и потолок, укрытые тканью, которая, в случае опасности может легко упасть на нападающих. Возможно есть еще ловушки. Но как стража не попадает под воздействие этого дыма?

- Мы принимаем специальные вещества, которые снимают его воздействие. И, пожалуйста, не беспокойся, ты у меня в гостях. - она протянула руку и коснулась кончиками пальцев верхнего края моей щеки.

Я уже почти понимал её манипуляции с прикосновениями, с трением кожи друг о друга. Она еще раз попросила меня описать все свои чувства, которые я испытал по дороге сюда. Стараясь собраться с мыслями, я еще раз прокручивал всё, что успел заметить в нашем с ней коротком путешествии по комнатам дома-лабиринта. Мне пришлось описывать каждое её движение, каждый изгиб и позу, которые она принимала, пока мы шли в её комнату.

- Воздействие всегда тонко, почти случайно, почти незаметно, оно имеет свой ритм, свой рисунок в каждый момент меняющейся обстановки - поправляла она моё описание событий. - Это можно сделать в рамках приличий, у всех на глазах, и не обязательно использовать свой голос, ты можешь своими чувствами модулировать любой звук, который можешь издать шорохом платья, шелестом подошв, соударением браслетов или украшений. - Её лекция буквально взрывала мой мозг, дополняя знания примерами и демонстрациями. Она рассказывала как использовать падающие тени, как действует ткань, которая открывает или прикрывает соблазнительные участки женского тела.

- Запомни хорошо, человек имеет запрограммированные образы, конфигурации поз, которые активируют инстинкты, рефлексы. Это наследие, которым пользуются очень широко. - Она опять встала с подушек, чуть-чуть повернулась, поставила одну обнажившуюся ногу чуть впереди другой, свободно опустила руки на свои бедра и немного отвела локти назад. - Это поза призыва, но это весьма грубое воздействие. - строго произнесла мой учительница.

Что бы она не говорила про грубое воздействие и его очевидную заметность, но я прямо физически захотел её тело, ласкать мягкие руки, бедра, грудь. Невольно я даже подался вперёд и она, в такт моему импульсу, подалась ко мне и сделал шаг. Это было ошеломляюще, она словно была связана с моими желаниями, с моим телом.

- Искренность чувств обязательна, только настоящие чувства имеют силу воздействия. - она строго возражала моему заявлению, что это уже продажность. - Женщина всегда может остановить поток своей излучающей энергии. Погасить свою нежность и сердечную улыбку. Для многих мужчин это будет сильным ударом, а для тебя особенно. Ты должен учитывать это. - Её урок был обжигающе искрен и даже болезнен.

- Женщина может свободно подарить, то что пройдет к тебе через неё. Мораль лежит по другую сторону, там, где нет искренних, подлинных чувств. - Она говорила мне вещи, которые я не встречал в этом мiре. На миг я даже стал думать что она Богиня, разговаривающая со мной из внезапно открывшейся двери другого измерения или времени. Более правдивого, ясного, светлого времени, которым она хотела поделиться со мной. Хотела чтобы я стал частью этого потока.

- Теперь, в каждой женщине, которая тебе понравится, в каждой, которой ты будешь дарить свою любовь, ты будешь видеть меня. - Её ладонь опять мягко коснулась мой щеки и я провалился в сон.

Сон четвертый. Это было... Не вспомню уж где это было, но место старое. Стены с каменной кладкой, в которых ощущалась давняя мощь замка, заново настеленные полы и пролёты с широкими лестницами, и, как ни странно, довольно узкие переходы между отдельными комнатами этого сооружения, желтоватое освещение ламп, имитирующих свечи.

Моя миссия была проста: встретить девушку и сопроводить её за эти высокие стены. Я догадывался что девушка была шпионкой, которой потребовался срочный отход, но думать о чём-то более худшем про неё мне не хотелось. Хотелось лишь одного - спокойно встретиться и уйти. Поэтому, переодевшись в облачение охранника, я неспешно направился в отдалённый коридор где и была назначена наша встреча.

Пока всё шло замечательно, я даже увидел как она идёт мне навстречу, но недоброе предчувствие меня не подвело. За ней быстрым шагом двигались двое охранников, из которых один был в такой-же одежде и экипировке, что и на мне: в маске, закрывающей лицо, тяжелом кафтане и высоких сапогах. Из вооружения только холодное оружие: средний меч да кинжалы.

Увы, моя девушка "засветилась" и мне не оставалось ничего иного, как прикрыть её отход любой ценой. Она быстро двигалась по широкой лестнице на балкон второго этажа, с которого навстречу ей, уже оценив обстановку, спускался я, обнажив меч и пряча его в складках кожаного кафтана, со вшитыми небольшими вертикальными металлическими пластинами. Замечу, эти пластины вшиты были не только в полы и спину, но и в рукава, что сейчас должно мне было сильно помочь.

- Эй, немедленно останови девушку! - закричал мне снизу один из охраны. Но это не входит в мои планы, мне нужно подойти к вам поближе, командир, к тебе и к твоему напарнику. Но чтобы вас побудить подойти ко мне ближе, я, как ревностный и тупой служака, застываю от гласа начальника и позволяю девушке уже почти бегом пробежать за меня в тень коридора.

- Ах ты разгильдяй, ты что не слышишь что тебе приказано, я тебя разжалую, пойдешь у меня... - начальник и его помощник бросились ко мне на лестницу, попутно выкрикивая угрозы в мой адрес и приказы остановиться девушке. Первым ко мне приблизился капитан с гневным лицом и довольно забавно дергающимися в такт его проклятьям перьями на открытом головном уборе. Он и был сражён первым. Меч второго мне удалось отразить предплечьем руки и, зайдя сбоку-справа, нанести смертельный удар. Но окрики капитана был слишком громким и звуки быстрых шагов говорили о том, что холодное оружие мне уже не поможет. Я бросился наверх, за девушкой, но меня ждала еще одна неприятность этого задания: девушка бежала мне навстречу.

- Они снизу, я закрыла дверь. Что будем делать? Пробиваться? - Ты, конечно, отважная девушка, но я не могу позволить тебе умереть или попасть в руки местной гвардии. Моя цель - это твоя жизнь, дорогая жизнь, которую мне надо сохранить.

- Наверх, на самый верх! - Я отбрасываю уже ненужный меч и устремляюсь вперёди этой невысокой шпионки на случай, если по пути встретится охрана. Но мне везёт, никого нет. Или все-же не везёт? В небольшом коридоре шпиля, куда мы забрались, была лишь массивная дверь и высокое окно, и эта дверь была закрыта. Оставалась единственная надежда сбежать - окно рядом. Прыгать, конечно, высоко, но внизу, как и положено замку, должен быть ров с водой. Должен. Я хватаю руку девушки и, скомандовав: "в окно", не выпуская её руки, разбегаюсь и вышибаю раму вместе со витражом. Это почти свобода!

Мы медленно падаем на белую землю. Она рядом, моя уже столь близкая и драгоценная девушка, я чувствую что её рука ещё в моей. Взгляд отмечает что огромная снежная пустыня с ярким солнцем абсолютно безжизненна. А где-же эвакуация? А! Вот что-то справа очень быстро движется к нам, значит заметили нас. И значит, до окончания моего задания осталось совсем немного, нам бы только приземлиться. Но мы были слишком высоко и, возможно, вода во рву, который неспешно приближается к нам, встретит нас толстым слоем льда и переломает нам ноги, а может быть сломает нас полностью.

Всё это пронеслось у меня в голове в очень короткий промежуток времени: осколки только что разбитого витража слово застыли вокруг нас. А я смотрел на голубое высокое небо, белую холодную пустошь внизу, на солнце, яркое и безмерно доброе и на старую каменную кладку стены под его лучами. Всё вокруг мне показалось необычайно прекрасным и тонко связанным друг с другом, как сюжет на картине художника. Это было ощущение счастья и оно диссонировало с таким нелепым провалом миссии и возможной смертью. Я был огорчён, но не согласен с таким предложением Судьбы. Я искал выход.

Замедленное падение закончилось. Лёд вдруг понесся к нам навстречу, но я уже знал, что делать. Я выхватил из-под полы два пистолета-пулемёта, направил их нам под ноги в примерное место приземления и стрелял, стрелял, стрелял. И это сработало: отбросив оружие, обняв девушку, я первым ударил лёд своими ногами. Он проломился и мы вошли в воду.

"Ура! Это удачное спасение! Нас сейчас быстро выловят", - кричали мои мысли, но сегодня был непростой день. Я почувствовал как нечто мягко обхватило мои ноги и потянуло на глубину. Мы упали не в ров, мы упали в замерзшее море и подводный страж замка выполнял свою работу. Совсем немного до поверхности, совсем немного до спасения, совсем немного... Согнувшись и перехватив мою спутницу под колени, я со всей силы выкинул её наверх. Я погружался всё глубже и смотрел как она достигла поверхности и ни одно щупальце не потянулось вслед за ней. Становилось темнее, я выдохнул и ни о чём не сожалел...

ХЭККЭ!

Продолжение следует...




Error running style: S2TIMEOUT: Timeout: 4, URL: kadykchanskiy.livejournal.com/607255.html at /home/lj/src/s2/S2.pm line 531.