kadykchanskiy (kadykchanskiy) wrote,
kadykchanskiy
kadykchanskiy

Categories:

Будьте осторожны при сходе с эскалатора

Елене Н. посвящается.

При сходе с последней ступеньки эскалатора они случайно оказались лицом к лицу. Он почувствовал укол острого предмета в левой области груди и, подумав, что это укол булавки, торчащей из одежды женщины, инстинктивно прильнул к  ней всем корпусом, чтобы остановиться. Оказавшись прижатой к полированному граниту стены на станции метро, она тихо вскрикнула. Смутилась и, превозмогая разливающийся по щекам румянец, перекрикивая шум прибывающего поезда, закричала:


— У Вас в плаще какая-то иголка! Она воткнулась мне в грудь!

— Не было у меня никаких иголок, посмотрите свою одежду. Там, наверное, брошка отцепилась и колет меня.

— Да не ношу я никаких украшений. Прекратите уже, правда, больно!

— У меня обе руки заняты. Попробуйте Вы отцепиться, а то оно всё глубже в тело входит.

— А я и не цеплялась… Ладно, дайте попробую.

Женщина попыталась поднять руку, чтобы нащупать предмет, который заставил оказаться её в таком нелепом положении, когда она вынуждена была стоять, тесно прижавшись всем телом к незнакомому мужчине. Но как только она попыталась пошевелиться, острая боль пронзила её грудь, а в глазах потемнело. Мужчина глухо застонал и сильнее прижал женщину к стене. Пассажиры метро пробегали мимо, не обращая внимания на парочку, обнимающуюся у эскалатора. Обычное дело. Тысячи людей ежедневно обнимаются при встрече или прощаясь, на всех станциях метро всего мира.

— Что это? – со слезами в голосе спросила она.

— Я не знаю, — ответил он, — но, судя по всему, мы оказались в экстраординарной ситуации. Вы чувствуете, когда мы теснее прижимаемся друг к другу, боль не ощущается. Но стоит только попытаться отстраниться, как это вонзается всё глубже.

— Эксперимент какой-то, что ли? Может, Вы меня разыгрываете, и нас снимают на скрытую камеру?

— Если это эксперимент, то для меня он такая же неожиданность, как и для Вас. Если нас и снимают, то, клянусь, я в этом не участвую. Вы можете поклясться в том же?

— Не сомневайтесь. Клянусь. Только что теперь делать-то! Вы мужчина или нет? Придумайте хоть что-нибудь. Может, позовём кого-нибудь на помощь? Пожарные выезжают спасать даже собачек и кошечек, а мы же люди, и нам требуется помощь.

— Это невозможно. Представьте только себе, как вы будете объяснять спасателям, что с нами случилось. Они же не поймут, и убьют нас, полагая, что лучше знают, как поступать в подобных случаях.

— Думаете, мы не первые, с кем это случилось?

— Надеюсь, но шансов мало. Поэтому нам ни в коем случае нельзя пытаться отойти друг от друга. Но и стоять вечно мы тут не можем. Давайте попробуем осторожно пойти к перрону, но крепко обнявшись. Иначе мы привлечём внимание полицейских, и они, как и все нормальные люди, попытаются говорить с нами по отдельности. И это также нас убьёт.

— А Вы уверены в том, что если мы оторвёмся друг от друга, то умрём?

— Хотите проверить? Лично я в этом не сомневаюсь. Как Вас зовут?

— Марина.

— Марина! В руках у меня сумки, и бросить их я не смогу. Ценного в них ничего нет, но оставить багаж без присмотра — это гарантировать себе встречу с полицейскими уже через минуту, а дальше — сами понимаете… Итак, обнимите меня покрепче, и попробуем сделать один шаг в сторону перрона. Готовы?

— Сейчас… Подождите. Дух переведу. Мне страшно… Всё. Давайте.

— Так-так. Осторожно. Обнимайте крепче. Оп… Получилось. Теперь давайте попробуем ослабить объятия. Только очень осторожно, по миллиметру. Хорошо? Если почувствуете боль в груди, не бойтесь и продолжайте отодвигаться от меня. Только очень медленно. Если боль станет нестерпимой, сразу прекращайте эксперимент.

Попытка ослабить объятия вызвала стон боли у обоих, и женщина инстинктивно сильнее прильнула к мужчине. Они стояли, покрывшись испариной, глядя в глаза друг другу и боясь пошевелиться.

— Так. Марина, давайте к эскалатору. Нужно выбраться из метро. Здесь мы привлекаем внимание. Вон охранник за нами уже наблюдает. Готовы?

— Угу. Вас-то как зовут?

— Николай.

— Дурацкое имя. Идёмте…

— Что вы сказали?

— Я говорю, идёмте, Николай.

Поднявшись на поверхность, Марина с Николаем шагнули с эскалатора, и в этот момент объятие на мгновение ослабло, при этом боли в груди оба не почувствовали.

— Оп-па! А ну-ка, давайте ещё раз попробуем. Так же осторожно, по миллиметру. Ага… Ага… Уф-ф-ф!!! Слава богу! Надо же! Марина, Вы не чувствуете теперь боли?

— Нет, всё в порядке, — облегчённо засмеялась женщина.

Оба отошли от эскалатора, чтобы не мешать пассажирам, поднимающимся из метро. Встали у стены, рядом со стендом, на котором изображена схема метрополитена. Начали сосредоточенно осматривать одежду, но оба не нашли ничего, что могло бы являться причиной появления боли в груди.

— Что же это было? А, Николай?

— Не знаю. Главное, что всё закончилось, и у меня ещё есть время, чтобы не опоздать на поезд. Извините, Марина. Рад был познакомиться. Вот моя визитка с контактами. Звоните или пишите, если появятся мысли на счёт этого нелепого происшествия. Идёмте в метро? Вам на какую станцию?

— Идёмте. Мне всего две станции проехать.

Во время спуска Марина с Николаем стояли на ступеньках эскалатора лицом друг к другу: он на нижней ступеньке, спиной по ходу, она — на верхней. Повисло неловкое молчание, и Николай уже предвкушал скорое расставание с неожиданной попутчицей, но вдруг почувствовал жжение в области сердца. Посмотрел на лицо Марины и безошибочно прочёл на нём страх.

— Что, опять больно, Марин?

— Что это за чертовщина! — закричала женщина, и в её голосе отчётливо прозвучали нотки истерики.

— Спокойно. Идите ко мне поближе… Ну вот. Боль исчезла. Так. Сходим с эскалатора в обнимку, как в прошлый раз. И сразу же наверх. По ходу, всё дело в этой станции. Непонятно только, почему это действует только на нас с вами.

Повторив трюк с эвакуацией из метрополитена, новые знакомые убедились в том, что на поверхности с ними ничего особенного не происходит, и, не тратя времени, пошли к стоянке такси, чтобы разъехаться по своим делам окончательно. При выходе из здания станции метро им попалась навстречу пожилая женщина, бормочущая что-то невнятное, с отрешённым взглядом. Внезапно она остановилась, как вкопанная, пристально посмотрела на Марину и Николая и произнесла: «Будьте осторожны при сходе с эскалатора. Поезд уже ушёл».

— Странная какая-то. Сумасшедшая, что ли? — поёжившись, словно от холода, спросила Марина и прильнула к Николаю, ухватившись за его локоть.  — Тебе на какой вокзал, Коль?

— Ни на какой… Она же сказала, что поезд уже ушёл. А потом… Я боюсь оказаться далеко от тебя. Вдруг у тебя опять начнётся, а я не поспею вовремя, чтобы обнять тебя.

— И тогда я умру... Будешь меня оплакивать?

— Нет. Я ведь тоже умру.

— Значит, больше не расстаёмся? Так получается?

— Получается, что так! А давай не поедем никуда? Пошли просто так по улице, в никуда?

— Пошли.

Пожилая женщина, бормочущая что-то невнятное, с отрешённым взглядом, неведомо откуда оказалась за спинами странной парочки, удовлетворённо крякнула и заулыбалась. Ей явно нравилось то, что происходило на её глазах: мужчина забросил обе свои сумки в контейнер для мусора, который катил мимо по аллее сквера смуглый парень в оранжевом жилете.

Затем он крепко обнял свою спутницу, и оба они зашагали  по аллее, громко хохоча и запрокинув к небу головы.

— Глупенькие. Но подсказки разума добавляют. Иногда. Некоторым. Так… Кто там у нас следующий? — пробормотала пожилая женщина, доставая из кармана растянутой старой кофты потёртый блокнот. — Ага. Пётр и Лариса.  Спрятала блокнот и, что-то невнятно бормоча, заковыляла назад, к зданию станции метро.




Tags: Рассказы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments